|
_001.jpg) Я выросла с верой в Бога. Я ходила в
церковь почти каждое воскресенье, ходила в школу Библии, и пела в хоре. Всё же
религия никогда не занимала действительно большое место в моей жизни.
Были времена, когда я ощущала себя
близко к Богу. Я часто молилась Ему дать руководства и силы во времена
отчаяния, или об иногда возникающих желаниях. Но скоро поняла, что это чувство
близости скоро испарялось, когда я больше не просила Бога ни о чём. Я поняла,
что несмотря на мою веру, испытываю недостаток в вере.
Я ощущала мир игрой, в которой Бог
баловался время от времени. Он вдохновил людей написать Библию, и так или
иначе люди были способны найти веру в пределах этой Библии.
Чем старше я становилась и стала
больше знать о мире, я больше верила в Бога. Я полагала, что должен был быть
Бог, чтобы вносить некоторый порядок в хаотичность мира. Если бы не было
никакого Бога, я полагала, что мир закончился бы в чрезвычайной анархии тысячи
лет назад. Мне было удобно полагать, что существует сверхествественная сила,
руководящая и защищающая человека.
Дети обычно принимают их религию
от родителей. Я в этом не отличалась от других. В возрасте 12 лет я начала
глубже размышлять над своей духовностью. Я поняла, что в моей жизни есть пустота,
которая должна быть заполнена верой. Всякий раз, когда я чувствовала
потребность или была в отчаянии, я просто молилась кому-то, назывемому Богом. Но
кто же в действительности был этим Богом? Я когда-то спросила мою мать, кому
молиться: Иисусу или Богу. Полагая, что мама права, я молилась Иисусу, и ему я
приписывала всё хорошее.
Я слышала, что религия не должна
обсуждаться. Мои друзья и я пробовали сделать это много раз. Мы часто дебатировали
с друзьями о протестантстве, католицизме и Иудаизме. Через эти дебаты я всё
более познавала саму себя и решила, что должна заполнить чем-то свою пустоту. Таким
образом, в возрасте 13 лет я начала мой поиск правды.
Человечество находится всегда в
постоянном поиске знания или правды. Мой поиск правды нельзя было бы считать
активным преследованием знания. Я продолжала дебаты и читала Библию, но дальше
этого дело не пошло. В этот период времени моя мать обратила внимание на моё
поведение, и с тех пор я была в “религиозной стадии.” Мое поведение было далеко
от стадии. Я просто разделила мои недавно полученные знания с моей семьёй. Я
узнала о верованиях, методах, и доктринах Христианства и минимальных верований
и методов Иудаизма.
Через несколько месяцев моего
поиска я поняла, что, если я верю в Христианство, то, на мой взгляд, мне суждён
Ад. Даже не рассмотривая грехи моего прошлого, я была на “одноколейном пути к
Аду”, как обычно говорят южные священники. Я не могла верить всему учению
Христианства. Однако, я действительно пробовала.
Я помню, как часто, находясь в
церкви, я боролась сама с собой в течение молитвы. Мне говорили, что, просто
признавая Иисуса своим Богом и Спасителем, мне будет гарантирована вечная жизнь
на Небесах. Я никогда не подходила к протянутым рукам пастора, и моё нежелание
даже увеличило мои опасения относительно попадания в Ад. В это время у меня
было ощущение неловкости. Я часто видела тревожные кошмары и чувствовала себя
очень одиноко в мире.
Но мало того, что я испытывала
недостаток в вере, я имела много вопросов, которые излагала каждому хорошо
осведомленному христианину, которого могла найти, и действительно никогда не получала
удовлетворительного ответа. Мне просто говорили вещи, которые смущали меня ещё
больше. Мне говорили, что я пробую поместить логику в Бога и, будь у меня вера,
я мог бы просто верила и попала в Рай. Да, это было проблемой: я не имела веры.
Я не верила.
В действительности я ни во что не
верила. Я в самом деле верила, что был Бог и что Иисус был его сыном,
посланным, чтобы спасти человечество. Это было так. Однако, мои вопросы и
рассуждения превышали мои верования.
Вопросов становилось всё больше. Мое
недоумение увеличивалось. Моя неуверенность росла. К пятнадцати годам я
вслепую следовала вере просто потому, что это была вера моих родителей.
|
