|
 Mногие мусульмане, которым выпало счастье совершить Хадж, часто говорят о том, насколько он был поворотным
в их жизни. В некоторых случаях одних это касается более других.
Малькольм К., или хадж Малик Аль-Шабазз, один
из мусульман, увидевших свет истинного Ислама во время его Хаджа в апреле 1964
года. Как бывший член и активист “Нации Ислама”, националистического и духовного
движения чёрных, он полагал, что белый человек – дьявол и чёрный превосходит
его.
После того, как он оставил”Нацию Ислама” в
марте 1964 года, он совершил Хадж, помогший ему изменить свои взгляды на белых
и на расизм.
Вот выдержки из письма хаджа Малика
Аль-Шабазза, написанного сочувствующим ему помощникам в Гарлеме... от всего
сердца рассказывет о его опыте. В нём он рассказывает о произошедшем с ним в
этой благословенной поездке, заставившей переменить его взгляды на расу и
расизм. Мы должны иметь ввиду, что письмо было написано в то время, когда
история африканских американцев ещё только создавалась, время, когда говорили о
том, чего стоили столетия притеснений, и публично их осуждали..
“Я
никогда не видел такого искреннего гостеприимства и ошеломляющего духа
истинного братства, как здесь, на этой древней Святой земле, доме Авраама,
Мухаммада и всех других пророков Священных Писаний. В течение прошлой недели я
был совершенно безмолвен и очарован милосердием окружающих меня людей всех
цветов.
“Я
был благословлён посещением Святого Города, Мекки, я сделал мои семь
кругооборотов вокруг Каабы, во главе с молодым мутауафом по имени Мухаммад,
я пил воду источника Зам-Зам. Я пробежал семь раз между холмами Ас-Сафа и Аль-Марва.
Я молился в древнем городе Мина, и на горе Арафат.
“Там
были десятки тысяч паломников, со всех континентов. Они были разных цветов, от
голубоглазых блондинов до чернокожих африканцев. Но мы все участвовали в том
же самом ритуале, проявляя дух единства и братства, который, как научил меня
мой опыт в Америке, никогда не может существовать между белым и небелым.
“Америка
нуждается в понимании Ислама, потому что это – единственная религия, стирающая
в обществе проблему расы. В течение моих путешествий в мусульманском мире, я
встречался, разговаривал и даже кушал с людьми, которых в Америке сочли бы
белыми, но белое отношение было искоренено в их сердцах религией Ислама. Я
прежде никогда не видел искреннее и истинное братство, существующее между
людьми, независимо от их цвета.
“Вас
может поразить, что я говорю такие слова. Но то, что я увидел и испытал в этом
паломничестве, вынудило меня перестроить большую часть моего образа мысли, которого
я придерживался раньше, и отбросить некоторые из моих предыдущих заключений. Это
не было слишком трудно для меня. Несмотря на устойчивость моих убеждений, я
всегда был человеком, который пробует смотреть фактам в лицо и принимать
действительность жизни как новый опыт, и новое знание обогащает его. Я всегда старался
смотреть на мир открытыми глазами, что необходимо для гибкости, которая должна
идти взявшись за руки с каждой формой интеллектуального поиска правды.
“В
течение прошедших одиннадцати дней здесь в мусульманском мире, я ел из той же
самой тарелки, пил из того же самого стакана и спал на том же самом коврике –
во время поклонения тому же самому Богу – с товарищами-мусульманами, чьи глаза
были наиболее синими из синих, чьи волосы были самыми блондинистые, и чья кожа
была самой белой из белых. И в словах, и в делах белых мусульман я чувствовал
ту же самую искренность, которую я чувствовал среди чёрных африканских мусульман
Нигерии, Судана и Ганы.
“Мы
были действительно все равны (братья), потому что их вера в одного Бога удалила
белых из их умов, белых из их поведения, и белых из их отношения.
“Я
мог заключить из этого, что если бы белые американцы могли принять Единственность
Бога, то возможно, также, они могли принять в действительности Исключительность
Человека, и прекратить оценивать, мешать, и вредить другим по причине их ‘различий’
в цвете.
“С
чумой расизма Америка подобна больному неизлечимым раком, так называемое ‘христианское’
белое американское сердце должно быть более восприимчивым к доказанному решению
такой разрушительной проблемы. Возможно, настало время спасти Америку от
неизбежного бедствия тем же самым разрушением, что принёс Германии расизм,
которое в конечном счете разрушило самих немцев.
“Каждый
час пребывания здесь,на Святой Земле, обогащает меня большим духовным пониманием
того, что происходит в Америке между черными и белыми. Американский негр
никогда не может быть обвинен в его расовой враждебности – он только реагирует
на четыреста лет сознательного расизма американских белых. Но, поскольку
расизм ведёт Америку по дороге самоубийства, из накопленного опыта, я
действительно верю, что белые младшего поколения, в колледжах и университетах, увидят
росписи на стенах, и многие из них станут на духовный правды – единственный
путь, оставленный к Америке, для отражения бедствия, к которому неизбежно
должен привести расизм.
“Никогда
я не почитался так высоко. Никогда не чувствовал себя более скромным и
недостойным. Кто верил бы благословениям, которые были нагромождены на
американского негра? Несколько ночей назад человек, которого назвали бы в
Америке белым, дипломат Организации Объединенных Наций, посол, принимаемый у королей,
предоставил мне его гостиничные аппартаменты, свою кровать. Никогда я даже не
мечтал, что мне когда-либо окажутся такие почести – почести, которые в Америке оказываются
королю – не негру.
“Хвала
Богу, Господу Миров.”
Мальком К. увидел и испытал много
положительного. Великодушие и чистоседечие были качествами, впечатлившими его
приемом, который он получил во многих местах. Он видел братство разных рас и
это привело его к отказу от расизма, когда он сказал:
“Я
– не расист... В прошлом я разрешал себе использовать ..., делать широкие
обвинительные акты всех белых людей, всей белой расы, и этих обобщения
причинили вред некоторым белым, которые, возможно, не заслуживали обид. Из-за
духовного просвещения, которым я благословился, ставший результатом моего
недавнего паломничества в Святой Город Мекку, я больше не подписываюсь на
широких обвинительных актах любой расы. Я теперь стремлюсь жить жизнью истинного
мусульманина суннита. Я должен повторить ещё раз, что я – не расист, и не
подписываюсь под убеждениями расизма. Я могу заявить со всей искренностью, что
я желаю только свободы, правосудия и равенства, жизни, свободы и достижения
счастья для всех людей.”
|
